Жанр баллады в сборниках Тихонова

Освоить современную действительность и нового героя в неразрывном единстве с революционным мировоззрением вслед за Маяковским и Д. Бедным дано было поколению поэтов, чье творчество родилось или по-настоящему оформилось в эти первые пореволюционные годы. И поскольку великие события революции совпали с их молодостью, творчество их проникнуто духом романтики, однако уже не космической, как у выше рассмотренных поэтов дореволюционной формации гонцов, а вполне земной, исторической. В этом отношении поэзию только что входящего в литературу Николая Тихонова при всей ее романтичности следует рассматривать как антикосмическую.

В противоположность рефлексирующей поэзии «космистов» энергичный и дерзкий, наделенный чертами сильной личности (не без влияния Киплинга, по совершенно другой, революционной, ориентации) герой Тихонова принципиально избирает землю. Он пришел в поэзию не из литературы, а из боевого сраженья за революцию, которое «обожгло его своим огнем».

И потому его герой не только философ и мечтатель, но, прежде всего воин, путник, деятель. Для него «вес, избит копытом материк», и потому так вещное осязаем окружающий его мир. Из одних только эпитетов тихоновской лирики встает вся терпкость, колючесть и резкость воочию познанного бытия революционных лет: «вязкий и узкий огонь» его полевых кострон, «крепкий ветер» над пространствами России. Тихоновские эпитеты словно пропитаны яростными чувствами суровых лет: «злая молодость», «каленая вода», «ржавые кудри», «камень лютый», «скрипучая кровь», «злые узлы», «косые дни», «горбатое небо». «Длинно и жестко» звучит для поэта голос земли. Приобщение к такому суровому миру закалило тихоновского героя: «стал я спокойным и ловким, Как железные гвозди простым». Даже неиссякаемый его оптимизм несет на себе отпечаток жестоких схваток и трудных преодолений. Примечательны в этом отношении образы света и цвета в стихах поэта.

В поэзии 20-х годов образы света, солнца, зари, вообще красного цвета выступают, как правило, в своей отвлеченной символичности. «От наших полыхающих костров Сияет небо мировое» (И. Оксенов), «Широки просторы зорь, Золотые зарева» (М. Артамонов), «Моя душа цветистей яблонь, А тело солнца горячей» (Я. Бердников), «Красные вижу лица, Красная всюду гроза» (Д. Вменений), «Красные зори, красный восход, красные речи у Красных ворот» (Н. Асеев) и т. д. По-иному раскрывается смысл победительного «красного» цвета в поэзии Тихонова: «По сломанным, рыжим от крови штыкам Солнце сошло на пас», «За черным: мысом: вспыхнуло сиянье...»

Это тоже символика, но в ней подчеркнут элемент исторического драматизма, а кроме того, она не отвлеченна, а теснейше соотнесена с самой реальностью, с бытовой подчас деталью. Образ тихоновского героя и: стих, в котором он «живет», являют собой счастливое единство. Лирика Тихонова лишена медитативности и сосредоточенного раздумья. В тугих и напряженно звучащих ритмах герой словно бы демонстрирует свою физическую, крепкую связь с жизнью, ее напористой, дерзкой силой. Вместе с тем по сравнению с одномерным героем пролетарских поэтов он внутренне более диалектичен. Тревога и смятение мира формируют его духовное естество:

    Владеть крылами ветер научил, Пожар шумел и делал кровь янтарной, И брагой темной путников в ночи Земля поила благодарно.

Следует обратить внимание на некоторую фольклорность облика героя, проступающую даже в сюжете. Подобно герою народной баллады, песни (например, «Звенит звонок и тройка мчится»), тихоновский герой тоже все растерял в скитаниях. Шашка и «наговорное слово» — все, что осталось у него за душой. Но есть и другое, что не дает ему сгинуть в безвестности. Это родной дом и сестра. Они для него — как святыня, как материнская молитва или нательный крест в старину. И сюжетный мотив, и облик героя нескрываемо стилизованы, что не умаляет, однако, их правдивости. Естественность поэтической интонации обеспечена собственным жизненным опытом поэта.

В сборниках Тихонова словно воскрешается жанр баллады, судьба которого в 20-е годы казалась бесперспективной тем, кто ждал и жаждал полной смены «старых» форм. С балладой для многих ассоциировалось все чуждое современной поэзии: мистическая фантастика, мотивы рока, безысходный трагизм. Даже Маяковский использовал балладный жанр в основном для иронического его переосмысления («Баллада о бюрократе и рабкоре», «Баллада о доблестном Эмиле»). Между тем традиционная баллада обладала рядом ценных качеств. Это прежде всего драматическая напряженность, стремительное развитие действия,, «баллады скорость голая, романтики откос» (Н. Тихонов). Опираясь на каноническую основу, Тихонов создает новый, революционный, вариант баллады. Фантастическое остается только как проявление высшей легендарной степени героизма, подвига на грани невероятного. Таковы «Баллада о гвоздях», «Баллада о синем пакете», «Перекоп», рассказывающие о стойкости солдат революции. Образ героя выступал в результате как идеал революционной эпохи, о чем с восхищением писал Горький: «Тихонов обладает очень крупным талантом. Его увлекают сильные люди, героизм, активность — как раз все то, что совершенно необходимо России и что старая литература не воспитывала в русском народе».

Баллады Тихонова стали заметным явлением поэзии 20-х годов и своим героическим пафосом, суровой сдержанностью чувств, энергичным стихом оказали влияние на многих поэтов, разрабатывавших тему революционной героики.

Нужен реферат, сочинение, конспект? Тогда сохрани - » Жанр баллады в сборниках Тихонова . Готовые домашние задания!

Предыдущий реферат из данного раздела: Собачье сердце. Краткое содержание – Часть 2

Следующее сочинение из данной рубрики: Собачье сердце. Краткое содержание – Часть 1

Спасибо что посетили сайт Uznaem-kak.ru! Готовое сочинение на тему:
Жанр баллады в сборниках Тихонова.