В. Я. Брюсов: Гипербола и фантастика у Гоголя – Часть 3

И в какой бы город, в какую бы усадьбу ни заглянул Гоголь, везде видит он сбивающую с толку нелепость, везде встречает своих невероподобных героев. Мичман Жевакин на вопрос Арины Пантелеймоновны, зачем одолжил посещением, отвечает: "В газетах вижу объявление о чем-то. Дай-ко, думаю себе, пойду. Погода же показалась хорошею, по дороге везде травка". Федор Иванович Шпонька, когда тетушка его сватает, возражает: "Как жена? Нет-с, тетушка, сделайте милость. Я еще никогда не был женат. Я совершенно не знаю, что с нею делать". И совершенно в тон с этими будто бы реалистическими репликами звучат нарочитые несообразности "Носа": "Вы изволили затерять нос свой? - Так точно. - Он теперь найден. Его перехватили почти на дороге. Он уже садился в дилижанс и хотел уехать в Ригу. И паспорт давно был написан на имя одного чиновника"... Как не поверить после этого словам Гоголя, который сам говорит: "Если бы кто видел те чудовища, которые выходили из-под пера моего вначале для меня самого, он бы содрогнулся".

Но не только в изображении пошлого и нелепого в жизни Гоголь переходит все пределы. Это еще можно было бы объяснить сознательным приемом сатирика, стремящегося выставить осмеиваемое им в особенно смешном, в намеренно преувеличенном виде. В совершенно такие же преувеличения впадает Гоголь и тогда, когда хочет рисовать ужасное и прекрасное. Он совершенно не умеет достигать впечатления соразмерностью частей: вся сила его творчества в одном-единственном приеме: в крайнем сгущении красок. Он изображает не то, что прекрасно по отношению к другому, но непременно абсолютную красоту; не то, что страшно при данных условиях, но то, что должно быть абсолютно страшно.

Вот бьются казаки под стенами Дубно:

"Демид Попович трех заколол простых, и двух лучших шляхтичей сбил с коней. И выгнал коней далеко в поле, крича стоящим казакам перенять их. Потом вновь пробился в кучу, одного убил, другому накинул аркан на шею, привязал к седлу и поволок его по всему полю... Как стройный тополь, носился он (лях) на буланом коне своем. Двух запорожцев разрубил надвое; многим отнес головы и руки и повалил казака Кобиту, вогнавши ему пулю в висок... Кукубенко, припустив коня, налетел прямо ему в тыл и сильно вскрикнул, так что вздрогнули все близ стоявшие от нечеловеческого крика. Хотел было поворотить вдруг своего коня лях и стать ему в лицо, но не послушался конь. И достал его ружейною пулей Кукубенко. Вошла в спинные лопатки ему горячая пуля... Польстился корыстью Бородатый: нагнулся, чтобы снять с него дорогие доспехи... И не услышал Бородатый, как налетел на него сзади красноносый хорунжий. Не к добру повела корысть казака: отскочила могучая голова и упал обезглавленный труп, далеко вокруг оросивши землю. Понеслась к вышинам суровая казацкая душа, хмурясь и негодуя".

В какую эпоху совершаются эти героические деяния? - В Малороссии XVI века или в мифические времена похода под Трою? Кто это рубит врагов надвое, один одолевает пятерых, в ужас приводит всех нечеловеческим криком? - запорожцы или герои Гомера, богоподобный Диомед, сын богини Ахилл, пастырь народов Агамемнон?4

Но что такое вся эпопея о Тарасе Бульбе, как не ряд гиперболических образов, где и картины Украйны, и удаль казаков, и первобытность их жизни - все изображено в преувеличенном, крайне изукрашенном виде? Идет бой и "летят головы", "снопами валятся ляхи", сияет "сабельный блеск". Андрий целует "благовонные уста", "полный не на земле вкушаемых чувств". Полячка чувствует, что речами своими Андрий "разодрал на части ее сердце". "Ни крика, ни стона" не слышно из уст Остапа при страшной казни, "даже тогда, когда стали перебивать ему на руках и ногах кости, когда ужасный хряск их послышался среди мертвой толпы". Бестрепетно стоит на костре Тарас, - и поэт восклицает: "Да разве найдутся на свете такие огни, муки и такая сила, которая бы пересилила русскую силу!" - И т. под., и т. под.! История Украйны только подала повод Гоголю рисовать картины какой-то героической эпохи, мечтавшейся ему5.

Впрочем, и другие герои Гоголя все чувствуют, все переживают гиперболически. Иван в "Страшной мести" ужасает самого Бога своей ненавистью. "Страшна казнь, тобою выдуманная, человече", - говорит ему Бог. Мертвым от страха падает на землю Хома Брут в "Вии". Безмерной завистью охвачен герой "Портрета". "Размер страстей был слишком неправилен и колоссален для слабых сил жизни", - говорит об нем Гоголь. На героя "Невского проспекта" бросила взгляд встречная красавица, и вот - "дыхание занялось у него в груди, все в нем обратилось в неопределенный трепет, все чувства его горели; тротуар несся под ним, кареты со скачущими лошадьми казались недвижимы, мост растягивался и ломался на своей арке, дом стоял крышею вниз"... И даже Костанжогло, изъясняя Чичикову за ужином счастие быть помещиком, "сияет весь, как царь, в день торжественного венчания своего", причем кажется, что "как бы лучи исходят из его лица".

Сама природа у Гоголя дивно преображается, и его родная Украйна становится какой-то неведомой, роскошной страной, где все превосходит обычные размеры. Все мы заучили в школе наизусть отрывок о том, как "чуден Днепр при тихой погоде"... Но что же есть верного и точного в этом описании? похоже ли оно сколько-нибудь на реальный Днепр? "И чудится, будто весь вылит он из стекла, и будто голубая зеркальная дорога, без меры в ширину, без конца в длину, реет и вьется по зеленому миру... Редкая птица долетит до середины Днепра. Пышный! Ему нет равной реки в мире... Черный лес, унизанный спящими воронами, и древле разломанные горы, свесясь, силятся закрыть его, хотя длинною тенью своею, - напрасно! Нет ничего в мире, что бы могло прикрыть Днепр". Какой же это Днепр? Это фантастическая река фантастической земли! Под стать ей стоят "подоблачные дубы", под стать ей летит пламя пожара "вверх под самые звезды" и гаснет "под самыми дальними небесами", под стать ей "неизмеримыми волнами" тянутся степи, о которых Гоголь восклицает: "Ничего в природе не могло быть лучше".

В той же фантастической стране своей мечты подсмотрел Гоголь и ту ночь, которую назвал украинской ночью: "Знаете ли вы украинскую ночь? О, вы не знаете украинской ночи! Всмотритесь в нее: с середины неба глядит месяц; необъятный небесный свод раздался, раздвинулся еще необъятней; горит и дышит он. Земля вся в серебряном свете, и чудный воздух и прохладно душен, и полон неги, и движет океан благоуханий. Недвижно, вдохновенно стали леса... Девственные чащи черемух и черешен пугливо протянули свои корни в ключевой холод... А вверху все дышит, все дивно, все торжественно. Сыплется величественный гром украинского соловья, и чудится, что и месяц заслушался его посреди неба"... Какие напряженные слова, какая театрально пышная картина! Соответствует ли она милой, но простой и скромной природе Малороссии?6

Но всего ярче, быть может, сказалась наклонность Гоголя к гиперболе в попытках рисовать женскую красоту. Героиня юношеского отрывка "Женщина" была так прекрасна, что "казалось, тонкий, светлый эфир, в котором купаются небожители, по которому стремится розовое и голубое пламя, разливаясь и переливаясь в бесчисленных лучах, коим и имени нет на земле, облекся в видимость; никогда сама Царица любви не была так прекрасна!". У красавицы "Невского проспекта" - "уста были замкнуты целым роем прелестнейших грез; все, что остается от воспоминаний о детстве, что дает мечтание и тихое вдохновение при светящейся лампаде, - все это, казалось, совокупилось, слилось и отразилось в ее гармонических устах. Боже, какие божественные черты!". Полячка в "Тарасе Бульбе" обладала "ослепительной красотой"; позднее лишения осады не могли "помрачить чудесной красы ее", но лишь придали ей что-то "неотразимо-победоносное". У дочери сотника в "Вии" чело было "как снег, как серебро", "брови - ночь среди солнечного дня", "уста - рубины". У дочери генерала Бетрищева было такое чистое, благородное очертание лица, которого "нельзя было отыскать нигде, кроме разве только на одних древних камейках" - и т. д.

Нужен реферат, сочинение, конспект? Тогда сохрани - » В. Я. Брюсов: Гипербола и фантастика у Гоголя – Часть 3 . Готовые домашние задания!

Предыдущий реферат из данного раздела: Великомучениця Варвара – Часть 2

Следующее сочинение из данной рубрики: Антон Павлович Чехов. Три сестры – Часть 16

Спасибо что посетили сайт Uznaem-kak.ru! Готовое сочинение на тему:
В. Я. Брюсов: Гипербола и фантастика у Гоголя – Часть 3.