ПУШКИН И КЮХЕЛЬБЕКЕР. Ю. Тынянов – часть 6

Приведем несколько примеров:

ВЕЙС:

Знатность происхождения.

Тот, кто шествует по следам великих людей, может их почитать своими предками. Список имен будет их родословною.

Образ правления.

Пусть народ выбирает своих предстателей, а сии последние правителей государства; пусть сии два сословия будут иметь всякую другую власть, кроме дающей право переменить способ выбора предстателей; пусть общее мнение решает гражданские несогласия.

Обязанность гражданина-писателя.

Если имеешь несчастие жить под худым правлением и если у тебя довольно сведений, чтобы видеть все злоупотребления, тебе позволено, хотя и с малой надеждой успеха, стараться уведомить тех, чьи сан и влияние могут поправить зло. Но будь великодушен, не распространяй сих печальных истин между простым народом.

Проблема.

NB. Достойно было бы старания ученых исследовать причины различных степеней уважения, в которых находятся разные народы.

Рабство.

Несчастный народ, находящийся под ярмом деспотизма, должен помнить, если хочет расторгнуть узы свои, что тирания похожа на ярмо, которое суживается сопротивлением. Нет середины: или терпи, как держат тебя на веревке, или борись, но с твердым намерением разорвать петлю или удавиться. Редко, чтобы умеренные усилия не были пагубны.

Война прекрасная.

Как благородною была бы война, предпринятая противу Деспотических правительств единственно для того, чтобы освободить их рабов.

Петр Великий.

Петр был одним из величайших государей, но его наследники могут его превзойти, — их подданные еще рабы.

335

ШИЛЛЕР:

Свобода гражданская.

Государь (самодержец) всегда будет почитать гражданскую свободу за очуженный удел своего владения, который он обязан обратно приобресть. Для гражданина самодержавная верховная власть дикий поток, опустошающий права его.

РУССО:

Сила и свобода.

Один только тот следует своей воле, кто для того, чтобы сделать то, чего желает, не имеет нужды приставить к своим рукам руки других, и так первое из благ не есть власть, но свобода.

Равнодушие философское.

Фил. Равнодушие сходно с спокойствием Государства под Деспотическим правлением: оно не что иное как спокойствие смерти, оно гибельнее самой войны.

Таким образом в лицее — этом по официальному своему положению полупридворном воспитательном заведении, рядом с царским дворцом — шестнадцатилетние подростки в 1815—1817 гг. уже занимались вопросами философии и политики, подготовлявшими их отнюдь не к служебной деятельности.

Еще в лицее Кюхельбекер — прямой ученик Руссо и Вейса. Этим объясняется и мнение о нем Баратынского в письме к Н. В. Путяте от февраля 1825 г.: «он человек занимательный по многим отношениям и рано или поздно вроде Руссо очень будет заметен между нашими писателями. Он с большим дарованием и характер его очень сходен с характером Женевского чудака»23.

М. А. Цявловский обратил мое внимание на черновую строфу стихотворения «19 октября» (1825 г.):

Златые дни, уроки и забавы,

И черный стол, и бунты вечеров,

И наш словарь, и плески мирной славы,

И критики лицейских мудрецов.

Иллюстрация: ОДНА ИЗ СТРАНИЦ ЛИЦЕЙСКОГО „СЛОВАРЯ“

КЮХЕЛЬБЕКЕРА

Собрание Ю. Н. Тынянова, Ленинград

336

В самом деле, если «лицейские мудрецы» объясняются названием лицейского журнала, если понятен и дисциплинарный лицейский «черный стол», то до сих пор оставалось неразгаданным выражение «наш словарь». Досужие догадки комментаторов о каком-то шуточном словаре, составлявшемся лицеистами (и до нас недошедшем), теперь следует оставить. (Кстати следует отметить, что приведенная черновая строфа отделена лишь одной строфой от двух строф, посвященных Кюхельбекеру.)

«Наш словарь» — это не шуточный, а политический и философский словарь, составленный Кюхельбекером может быть при прямом участии его товарищей. Конечно по окончании лицея были «подготовлены» не только Пущин и Вальховский.

Интересно, что Кюхельбекер повидимому посылал свой словарь в 1817 г. для прочтения Федору Николаевичу Глинке. Мать пишет Кюхельбекеру в письме от 28 апреля 1817 г.: «Федор Николаевич Глинка посылает тебе свой журнал. Твоего альбома (Albaum) y меня еще нет. Завтра твоя сестра попросит вернуть его». (Письмо написано по-немецки.) Albaum — это может быть словарь, на время посланный Глинке для прочтения. «Журнал» Ф. Глинки — это вероятно «Военный журнал», им редактированный (1817—1819).

В чисто литературных вопросах основным для Кюхельбекера является, как сказано, вопрос о высокой поэзии и авторитет Лонгина. Занимают его и вопросы эпопеи («Одиссея», «Илиада», «Освобожденный Иерусалим», драмы. Таковы в «Словаре» высказывания о трагедии Вольтера и Лессинга. Насколько был знаком Пушкину «Словарь» и насколько занимали его вопросы, занимавшие Кюхельбекера, мы можем заключить из следующего.

В проекте предисловия к «Борису Годунову» (так называемое «Письмо к Н. Раевскому») Пушкин обосновывает условность трагедии и между прочим говорит о языке: «Законы его (рода трагедии. — Ю. Т.) стараются вывести из правдоподобия, а оно-то искажается самой сущностью драмы, не говоря уже о времени, месте и проч., какое к чорту правдоподобие может быть в зале, разделенном на две половины...

«Язык. Напр. Филоктет у Ля-Гарпа говорит чистым французским языком, выслушавши тираду Пирра: «Увы! Я слышу сладкие звуки греческой речи». Все это не представляет ли условного правдоподобия?»

Между тем в «Словаре» Кюхельбекера есть место, ясно указывающее, что вопрос об условности театра дебатировался уже в лицейскую пору.

«Предрассудок в рассуж. театра.

Мы настоятельно требуем единства места и времени, а соглашаемся, чтобы Татарин, Турок и Американец в траг. Расина и Вольтера говорили по-французски.

Глинка»

Одно из политических «размышлений» Пушкина, условно помечамое 1831 г., повидимому также восходит к отрывку из Вейса, вошедшему в «Словарь» Кюхельбекера. Замечание Пушкина: «Stabilité-première condition du bonheur public. Comment s’accomode-t-elle avec la perfectibilité indefinie?» (Устойчивость режима первое условие общественного счастья. Как согласовать ее с возможностью бесконечного совершенствования?)

Быть может это размышление было вызвано следующим отрывком из Вейса:

337

Иллюстрация: ОДНА ИЗ СТРАНИЦ ЛИЦЕЙСКОГО „СЛОВАРЯ“

КЮХЕЛЬБЕКЕРА

Собрание Ю. Н. Тынянова, Ленинград

«Хорошее и лучшее.

Предрассудок, заставляющий нас почитать хорошее правление правлением превосходным, нередко бывает одним из величайших препятствий к его улучшению».

Другим примером является одна из записей Пушкина: «Разговоры с Натальей Кириловной Загряжской» (12 августа 1835 г.): «Вы слыхали про Ветошкина». Рассказ этот замечателен тем, что в нем выведен знаменитый якобинец, «последний монтаньяр», Жильбер Ромм (как известно, бывший в России гувернером П. А. Строганова). «Приказчик на барках», раскольник Ветошкин становится ученым, возбуждающим удивление Ромма. Ему покровительствуют Шувалов и Потемкин. «Разговоры с Загряжской» имеют большое значение в вопросах пушкинской прозы. Метод непосредственной записи здесь доведен до предела интонационной точности.

Нужен реферат, сочинение, конспект? Тогда сохрани - » ПУШКИН И КЮХЕЛЬБЕКЕР. Ю. Тынянов – часть 6 . Готовые домашние задания!

Предыдущий реферат из данного раздела: “Дно жизни” трагический образ пьесы А. М. Горького “На дне”

Следующее сочинение из данной рубрики: ПУШКИН И КЮХЕЛЬБЕКЕР. Ю. Тынянов – Часть 3

Спасибо что посетили сайт Uznaem-kak.ru! Готовое сочинение на тему:
ПУШКИН И КЮХЕЛЬБЕКЕР. Ю. Тынянов – часть 6.