Подвиг русской женщины во время Отечественной войны

Скоро уже 65 лет, как отгремели последние залпы самой жестокой, самой кровопролитной из войн - Великой Отечественной. Но до сих пор не зажили раны ни в сердцах людей, ни на теле земли - взрываются старые снаряды, на заросших полях сражений  до сих пор находят останки погибших солдат.… 27 миллионов погибших! Слишком велика цена Победы, чтобы мы  забыли, какой ценой завоёвано счастье. А живых свидетелей тех трагических и героических событий, по чьим судьбам война прошлась тяжёлым  молотом,  остаётся всё меньше и меньше. В нашем посёлке их  всего   21человек,  них и моя дальняя родственница.

Я смотрю на эту маленькую, хрупкую женщину, излучающую добро и свет, даже можно сказать, светящуюся добром, причем ко всем, не важно, кто ты, ты для неё прежде всего человек, на ее милое, улыбчивое, (и на самом деле искренне переживающее за всех)  лицо и думаю, что, если бы не ее седые волосы, ни за что бы не поверила, что ей уже 80.

А еще ее возраст и нелегкую долю, доставшуюся ей, выдают морщинистые руки с узловатыми пальцами, знавшими время страданий и беспрерывной работы.

 Баба Аня, баба Нюра -  так называют ее в нашем поселке.

В редкие выходы ее «на люди», в магазин или на рынок, видно, как к  ней подходят, приветливо здороваются, и в  ответ ее неизменное: «Здравствуйте, дорогая» -  и обязательно поклон.

И такое тепло и доброта исходят от нее, что лица светлеют. Знакомые, малознакомые люди справляются о ее здоровье, говорят: «Что-то давно Вас не было видно?», а она кому-то принесла семена моркови, медовой тыквы, кому-то цветов…

Кто же она, эта удивительная женщина, которую годы все больше пригибают к земле, и только глаза смотрят по - прежнему ясно  и молодо. Это ветеран войны, труженица тыла, Лазутина Анна Алексеевна.

Мы сидим с ее внучкой в чистой, уютной комнатке, пьем ароматный чай из трав, который она заваривает по особому своему рецепту, и слушаем рассказ о суровом военном времени.

 « Эх, внученьки, только бы никогда не повторилось то страшное время, только не было бы войны! Когда началась война, я  ведь совсем девчонкой была, 12 лет, кроме меня в семье еще трое детей. В школу ходила с радостью, училась хорошо, особенно любила стихи». И тут же она читает нам наизусть, у нее удивительная память.

В 1941 году Кочелаевская Аня училась в 5 классе в селе Ворона, что раздольно раскинулось на берегу  реки Вороны в Пензенской области. Но осенью школу закрыли, учителя ушли на фронт. Отца Анны Алексеевны не забрали на войну, как тогда говорили, ему дали «бронь». Он работал комбайнером, дочку взял к себе штурвальной.

«Тогда комбайны были не те, что нынче, штурвальный должен был сидеть за комбайном, на прицепе, и должен был успевать, когда наполнится копнитель, дёрнуть за верёвку, освободить его от соломы. А зерно сыпалось в мешок, рядом с комбайном ехали на лошади и подставляли мешки под зерно. Чуть зазеваешься или задремлешь - и окажешься под колесом. Пыль, сор, все летит в глаза. Работали от темна до темна, и никакой скидки ни на возраст, ни на то, что девчонка. А в 42 году забрали на фронт  отца и других, оставшихся в селе мужчин, и всю работу пришлось делать женщинам, старикам, да нам, ребятишкам. Самое тяжелое время было на жатве: хлеба уродились выше роста человеческого, а комбайнов уже не было, косить надо было вручную, тяжелыми косами с крюками, чтобы не растерять ни одного колоска. Как сейчас вижу: жара, соленый пот заливает глаза, все руки исцарапаны. Хочется есть и пить, ломит спину, ноги подкашиваются, но надо все выдержать. И как только объявляли перерыв, мы тут же все валились на землю  и лежали - не было сил.

Легче было в ночную смену, взрослые уходили с поля домой - там была скотина, маленькие дети, а подростки оставались в ночь. Спали всего по несколько часов, но что удивительно, находилась свободная минута для того, чтобы спеть.

 Да, многое пришлось пережить за это время, и хоть не гремели выстрелы, и не бомбили нас, все понимали, что такое война. Во многие дома принесли похоронки -  то и дело по селу раздавался женский плач.

 Весь хлеб, что мы собирали с таким трудом, отправляли на фронт, хотя сами никогда не ели досыта, ведь там воевали наши отцы, братья. Везде были плакаты: «Всё для фронта, всё для победы!»

Возили зерно на подводах за 14 километров на станцию мы, подростки с одним сопровождающим -инвалидом.

И вот какой страшный случай произошел - последним  в обозе ехал мальчик лет 12-13, у его подводы  отвалилось колесо. Он сам попытался приподнять подводу, починить колесо. Поднять- то поднял, но через три дня умер». И глаза бабушки Ани наполняются невольными слезами,  столь скорбными и настоящими, что  невольно оказываешься  Там…

Война… Война – это постоянное чувство голода. Зима 41 года выдалась суровой. Вымерзли сады, вымерзли хлеба. Есть дома было нечего, и к весне люди отправились в лес -  искать пропитания там. «Всякий хлеб я ела, - говорит баба Аня, - и из лебеды, и из клевера (его мы бабушкиным хлебом называли), но хуже хлеба, чем из липовых почек, я не ела. Горький, жесткий, но ешь,  потому что есть-то хочется. А еще собирали картофелины, оставшиеся после зимы на огородах. Гнилой картофель сушили, перетирали и пекли лепешки».

И нам трудно было поверить,  что лебеда, которой сейчас так много вокруг домов, служила хлебом и что даже травы, по словам бабы Ани, не хватало. Замолкает бабушка Аня,  и молчим мы. Я еще раз вглядываюсь  в ее погрустневшие глаза и понимаю, сколько еще тягот и лишений  легло на худенькие детские плечики бабушки Ани, ее подруг и их сверстников -мальчишек. Им бы в «классики» играть,  на скакалках прыгать, как мы в 12 лет или  как это теперь делают двенадцатилетние дети. А им пришлось пахать землю, косить сено, молотить цепами хлеб -  словом, даже не женскую, а мужскую работу выполнять. Баба Аня  с гордостью говорит, что  после войны косила сено наравне с мужчинами, нисколько не отставая от них.  Но вот что удивительно:  все пережитое  не ожесточило характер людей того времени, а, наверное, наоборот, научило ценить жизнь, любить жизнь, жить радостно, уметь быть счастливыми и дарить радость и счастье окружающим.
Жизнь и дальше не очень баловала бабушку Аню. Школу она так и не закончила, хотя в их большой, даже и по тем временам семье (одиннадцать детей!) все младшие получили среднее и высшее образование. А она так хотела учиться! Так хотелось походить в нарядных, красивых платьях, но не привелось. Даже на свадьбе была в чёрной сатиновой юбке, которую подарила бездетная тётя, и белой кофточке. Да и свадьбы-то не было: пошли в сельский совет и расписались. Это словно про бабу Аню и про всех советских женщин героического  военного поколения  стихи Наума Коржавина:

…Коня на скаку остановит,

В горящую избу войдёт.      

Она бы хотела иначе -

Носить драгоценный наряд…

Но кони всё скачут и скачут,

А избы горят и горят.

  Сразу после войны она вышла замуж за хорошего человека - бравого старшину, прошедшего всю войну, Лазутина Ивана Тимофеевича, и уехала с ним в Донбасс. Город Коммунарск, где муж работал на металлургическом заводе, находился недалеко от Краснодона, и о трагических событиях, связанных с молодогвардейцами, знали непонаслышке. В  то тяжелейшее время Украина, сильно пострадавшая от оккупации, только восстанавливала заводы и шахты, разрушенное жилье, поэтому жить им пришлось  сначала в землянке. Добросовестно трудились, и хотя никакого богатства не нажили, но в числе первых  получили комнату.

 Но в1948 году, старший сын в семье, Иван Тимофеевич вынужден был  вернуться в деревню, в Пензенскую область, чтобы заботиться о родителях. Работали в колхозе за трудодни, никаких денег тогда не платили. И снова тяжелый крестьянский труд, где нет выходных, а работа от зари до зари. Но им, пережившим войну,  этот труд  не казался таким уж сложным. Когда  убирали свеклу поздней осенью, по морозу,  под снегом, вспоминает Анна Алексеевна, соревновались бригадами. Старались прийти  пораньше, чтобы самую крупную свеклу в свои  гурты перебросать, перегнать  соседнюю бригаду. И опять пели,  этот тяжелый крестьянский труд сопровождался пением, а то и сплясать могли. Людей ценили по тому, как они трудятся.

У бабушки Ани немало благодарностей за ее нелегкий труд, а ведь она к тому же мать  пятерых детей. Мать-героиня. Вырастили с мужем детей, а потом и внуков, дожила до правнуков…

Вот такая она,  баба Аня.  И сейчас она не сидит без дела. В комнатах у нее салфетки, связанные ею, вышивки. Домик словно сказочный, раскрашенный  яркими красками,  а вокруг полный палисадник цветов.

 Пусть живет она дольше, эта необыкновенная, добрая, мужественная женщина, и украшает собой нашу жизнь. И пусть никогда не будет войны, пусть не знают ее ни внуки,  ни правнуки бабушки Ани, ни другие  будущие поколения  в нашей стране.

Составила: Кузина Екатерина Сергеевна,
ученица 10 класса.
Проверила: Смирнова Людмила Ивановна,
учитель русского языка и литературы.