Вопрос о том, каким изображает Салтыков-Щедрин генералов, нетруден, так как идет непосредственно от самого текста: Читатели, опираясь на текст, устно рисуют портреты генералов («Они в ночных рубашках, а на шеях у них висит по ордену... генералы уже состарились...»), характеризуют их, обращая внимание на речь, поступки, отношение друг к другу и к мужику («Генералы глупы, ничтожны. Они отупели, так как всю жизнь провели в регистратуре... трусливы, невежественны, не умеют и не хотят трудиться, привыкли жить за счет труда мужиков. Когда им особенно трудно, они становятся похожими на зверей, готовы съесть друг друга...»).

Выясняя, как поняли читатели, против каких социальных явлений направлена сказка Салтыкова-Щедрина, оттолкнемся от самых простых вопросов о том, какими они представляют себе генералов, мужичину, и выйдем к вопросам несколько более сложным, чтобы помочь школьникам осознать гнев и боль, горечь и иронию писателя, заключенные в сказке, осмеивающей пороки тогдашней России.

Чтобы Читатели увидели смешные фигуры генералов, представили себе одну за другой картины их нелепых поисков, поняли характер смеха, который обличает представителей класса эксплуататоров, важно помогать школьникам постоянно, внимательно вчитываться в отдельные фрагменты текста, усиливающие обличительный смысл сказки, настроить у себя на серьезное чтение, которое облегчит верное понимание текста.

Например, Читатель может спросить нас: какая была регистратура, в которой служили генералы, что о ней говорит автор? Пусть сначала прозвучат самые элементарные ответы нас («Служили генералы всю свою жизнь в какой-то регистратуре... следовательно, ничего не понимали»,— пишет автор. Регистратура никому не была нужна. Она была упразднена за ненадобностью. В этом слышится насмешка автора. В никому не/нужной регистратуре служили ненужные люди, которые ничего не умели делать, даже слов знали немного: «Примите уверение,..») Читатели постепенно начинают понимать важность каждой детали: не случайно автор говорит о регистратуре, которую упразднили за ненадобностью. Он как бы подготавливает читателя к встрече с героями, которые служили в такой регистратуре.

Не менее важны вопросы: могли ли на самом деле существовать такие генералы, которые думали, будто булки «в том самом виде родятся, как их утром к кофею подают», которые не знали, как определить, «где восток и где запад», и пр. Читатели говорят о том, как ничтожны генералы, как невежественны они, однако менее всего задумываются над тем, насколько преувеличено все это автором и зачем понадобилось такое преувеличение .

В результате анализа читатели начинают понимать обличительный смысл сказки, горький смех писателя, разоблачающий не только злополучных генералов, но и департамент, в котором они служили, существующую тогда печать, газеты, которые с таким «искусством» из номера в номер печатали «гастрономические новости», общество высших классов дореволюционной России, утонувшее в праздности и сытости, считавшее эксплуатацию народа обычным явлением и законным делом.

Обратим внимание школьников и на разговоры генералов, характер и облик которых раскрывается не только тогда, когда они стараются определить, «где восток и где запад», или добыть себе пищу, но и во время их бесед. Прислушаемся к содержанию их разговоров: о чем они говорят? Как объясняют смену дня и ночи? Как объясняют вавилонское столпотворение и потоп? Что радует их, когда они вспоминают о Петербурге? Портрет генералов не будет полным, если мы не выясним их отношение к мужику.

Объясняя слово «тунеядец», читатели находят наиболее верное интонационное решение для произнесения этого слова в каждом случае: «Не дать ли и тунеядцу частичку?» — пришло на мысль генералам; «Как бы ему своих генералов порадовать за то, что они его, тунеядца, жаловали и мужицким его трудом не гнушались!»— размышление мужичины; «Сколько они ругали мужичину за его тунеядство» — из рассказа автора.

Обратим внимание школьников на то, что генералы и в самом деле считают мужика тунеядцем, он привык к такому отношению и мысленно называет себя так, как обращаются к нему генералы, но все-таки здесь уже появляются иные интонации — покорного и жалкого смирения, самоуничижения. А в интерпретации авторской речи звучит горечь, ирония, как бы завершающая круг, через который прошло это слово — «тунеядец», которое, по справедливости, должно было быть отнесено к генералам.

Как отблагодарили генералы мужика? Что высмеивает автор в генералах, рассказывая об их отношении к мужику? Перечитаем по ролям текст, в котором происходят его разговоры с генералами. Именно теперь Читатели смогут сделать выводы о том, какими предстают генералы в сказке, кого так зло высмеивает в их лице Салтыков-Щедрин.