Образ Дома в поэзии Пушкина

Образ Дома - один из наиболее постоянных и значимых в отечественной литературе.
Начиная с древнерусской культурной традиции, он занимает особое место в духовном, семейном, государственном пространстве. Тот факт, что лексема "дом" в древнерусском языке имела разнообразный спектр значений, касающихся основных сфер человеческого бытия, симптоматичен. Дом души, дом семьи, дом государственный - все эти три члена "домашней парадигмы" были связаны между собой и находились относительно друг друга в определенной иерархии. Устроение души было фундаментом устроения семьи, а семейный дом ощущал себя частью "отеческой державы" (Пушкин).

Все три члена "домашней" парадигмы были подчинены и определены каждый по-своему - четвертому - Отечеству Небесному, освящающему отечество земное (дом души, дом семьи, дом отеческой державы). Именно такой опыт устроения "домашнего" пространства должен был передать "Домострой", отразивший иерархическое подчинение частного, семейного - государственному и выше - духовному.

Образ Дома, его осмысление и определенное переосмысление становится одной из главных тем и в литературе начала - середины XVIII в. Но уже в конце XVIII в. русские историки, писатели, поэты поднимают один из важнейших вопросов всего петербургского периода русской истории: как соединить имперское пространство Дома с образом Святой Руси?

Возвращение к прежним истокам уже в новых послепетровских обстоятельствах социальной, духовной, культурной жизни - такова проблематика темы Дома в XIX в.

По-разному осмысленная, она становится одной из центральных в русской словесности. Грибоедов, Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Лесков, Островский, Достоевский, Толстой, Тютчев каждый по-своему решали, как обрести "родимую обитель" (Пушкин), как достичь того Дома, в котором земная жизнь освящена тем, что выше земного.

В XX в. сама трагическая ситуация потери Дома, его разрушения с новой силой ставит вопрос о том, как его сохранить во время "насильственных потрясений" (Пушкин). Ахматова, Цветаева, Платонов, Есенин, Булгаков, Шолохов этих художников разных судеб - объединяет общая "домашняя" парадигма мировосприятия, для которой образ Дома становится одним из основополагающих в их творческом мире и человеческом пути.

Мы обратились к двум стихотворениям Пушкина, в которых его восприятие Дома получает свое определенное завершение. "Бездомная", бесприютная атмосфера романтических странствий, излюбленный в то время жанр путешествий были характерны для культурной ситуации 1810 - 1820-х гг. "Мы все имеем вид путешественников, ни у кого нет определенной сферы существования... нет даже домашнего очага", - писал в "Философических письмах" Чаадаев.

Потерянность путей к Дому и попытка их обретения, разрушение романтической парадигмы странствия и приближение к "родимой обители" - так в общих чертах можно определить тот общий историко-культурный, духовный, социальный контекст, сформировавший феномен Дома в позднем творчестве Пушкина.

Слова "Тогда удались он домой..." присутствуют в конце рукописи общеизвестного позднего стихотворения Пушкина "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит...", которое в определенной мере можно отнести к одному из заключительных аккордов в сложном пути к обретению Дома лирического "я" поэта.

Тем более нам важно их учитывать не только для анализа данного стихотворения, но и для понимания того, каким видится Дом в художественном сознании Пушкина и что открывается ему в конце пути. Обратимся непосредственно ко всему прозаическому тексту, являющемуся возможным продолжением "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит..."

В конце текста перед нами предстает тот идеальный образ дома, очертания которого были духовно увидены поэтом. Каковы его приметы?

Здесь в полноте представлены жизнь природы, социально-культурная, семейная сфера земного человеческого бытия - "поля, сад, крестьяне, книги, труды поэтические". Но такая гуманистическая модель Дома не исчерпывает его идеал, сформированный в творческом сознании поэта. Завершающими и особо значимыми здесь являются последние строки "Религия, смерть". Они указывают на такой Дом, в котором душевно-чувственная жизнь человека стремится к соединению с миром небесным. Это такой Дом, в котором происходит встреча временного с Вечным, с миром, открывающимся за порогом смерти. Не случайно у Пушкина в вышеприведенной записи "религия" (как известно, этимологический смысл этого слова - связь) стоит рядом со смертью. Смерть, таким образом, обретает здесь особое восприятие, близкое к понятию "связь". Смерть, подобно религии, связывает мир земной и мир небесный. Смерть есть переход от бытия земного к бытию Бесконечному.

Таким образом, для художественного сознания Пушкина феномен Дома определяется приобщением земных, гуманистических ценностей к тому, что выше их, и тому, что открывается поэту через религию и смерть. Обратим внимание на то, что именно о таком Доме, в котором земное предстает в единении с небесным, мечтает и Татьяна в конце романа "Евгений Онегин".

Запись, сделанная к "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит...", почти дословно воспроизводит те образы, из которых складывается идеал Дома у Татьяны:

Мои успехи в вихре света,
Мой модный дом и вечера,
Что в них? Сейчас отдать я рада
Всю эту ветошь маскарада,
Весь этот блеск, и шум, и чад
За полку книг, за дикий сад,
За наше бедное жилище,
За те места, где в первый раз,
Онегин, видела я вас,
Да за смиренное кладбище,
Где нынче крест и тень ветвей
Над бедной нянею моей...

Сад, крестьяне, поэтические труды, религия, смерть (в записи Пушкина), полка книг, дикий сад, смиренное кладбище (в воспоминаниях Татьяны) - все это являет нам такой Дом, в котором пространство земное встречается с пространством небесным, и поэтому повседневное, обыденное одухотворяется. Чем? Что, собственно, делает возможным такое одухотворение и что оно означает в художественном мире Пушкина? Ответ на этот вопрос, касающийся глубинных основ человеческой культуры и устроения личности, ни в коей мере не может быть однозначным и претендовать на исчерпанность неисчерпаемой по природе своей темы.

Но, тем не менее, в самой художественной ткани словесных произведений Пушкина можно наметить те путеводные нити, которые приблизят нас к пониманию этих вопросов.

Одухотворение жизни - не литературная условность и не риторический прием поэтики Пушкина. Это то состояние души, мира, в котором явлена симфония человека и Бога, дающая духовный покой. Вспомним, что стихотворение "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит..." открывается одной из постоянных для Пушкина тем - покоя.

Именно такое место, где сердце обретает покой, является домом, и именно туда, к этой конечной точке пути стремится поэт. Таким образом, в "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит..." мотив покоя оказывается соотносим с феноменом Дома, явленным в прозаическом продолжении этого стихотворения, а его первая часть есть сжатое описание той жизни, от которой "удаляется домой" путник. Ее отличительная черта - быстротечность времени, направленного к своему пределу - смерти физической. Это такая дорога жизни, которая по мере своего течения отнимает жизнь: "Летят за днями дни, и каждый час уносит частичку бытия".

Образ такого Дома в полной мере находит свое воплощение в стихотворении "Когда за городом задумчив я брожу...". Если для анализа "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит..." мы обращаемся непосредственно к контексту творчества автора, то для анализа "Когда за городом задумчив я брожу..." нам кажется целесообразным несколько расширить контекст исследования и "прочитать" это стихотворение не только в контексте художественного мира Пушкина, но и в контексте отечественной духовной традиции, запечатленной, в частности, и в народном укладе жизни, с которым непосредственно было связано творческое и человеческое восприятие и интуиция поэта.

"Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит..." композиционно можно разделить на две части: дорога и открывающийся в ее конце образ Дома, черты которого "прилагаются" и прорисованы за границей самого произведения, в сопровождающей его прозаической записи.

Композиция "Когда за городом задумчив я брожу..." также двухчастна и соответствует траектории пути поэта, его этапам приближения к Дому. Так же, как и в "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит...", поэт стремится от одного полюса жизни к другому, причем в "Когда за городом задумчив я брожу..." полно и отчетливо "прописан" каждый из них. Это жизнь того места, которое условно может быть обозначено как "город", и жизнь того места, которое можно условно обозначить "деревня". Из города в деревню стремится поэт в "Когда за городом задумчив я брожу...". Состояние "побега" вообще присуще художественному сознанию Пушкина, а тема побега из "города" - одна из характерных для позднего творчества поэта.

Нужен реферат, сочинение, конспект? Тогда сохрани - » Образ Дома в поэзии Пушкина . Готовые домашние задания!

Предыдущий реферат из данного раздела: Анализ стихотворения «Странник»

Следующее сочинение из данной рубрики: Современники о Достоевском

Спасибо что посетили сайт Uznaem-kak.ru! Готовое сочинение на тему:
Образ Дома в поэзии Пушкина.